video-kniga.ru

Негры привязали

Негры привязали аболиционист отличался высокой культурой, много путешествовал, писал в газетах. Условились, что Лаэрте переночует у него дома, вернее, в комнате при складе, где обитал этот будущий историк освобождения, ныне негры привязали служащий. В этой комнате он жил вдвоем с кубинцем по имени Негры привязали, который в свободное время писал стихи. После завтрака, за которым было много разговоров, Лаэрте и Кастан вышли вместе; один собирался посмотреть, где он будет негры привязали ночевать, другой — зайти в контору склада, а оттуда в негры привязали.

Они поехали трамваем и сошли на углу у часовни. Дом, где предстояло поселиться Лаэрте, был с мезонином. Внизу находился обширный и темный склад. Ослепленный ярким уличным светом, взор с трудом негры привязали штабеля мешков. Между ними сновали люди. Согнувшись под тяжестью, они носили мешки к тележкам.

В дверях с печатью в руке стоял Бенито и штемпелевал негры привязали. Это был юноша с глазами навыкате; он работал без пиджака, но в соломенной шляпе, сдвинутой на затылок. Лицо его негры привязали от пота и казалось отполированным. Вытирая рукавом лоб, он еще был способен отпускать шутки по адресу прохожих. Негры привязали проследовал за Кастаном.

Они поднялись по темной и узкой лестнице на второй этаж, где были расставлены грубые скамьи и высился дощатый барьер с проволочной сеткой и двумя дверцами для клиентов.

На прилавке лежали десятки коробочек с образцами кофе; за ними приходили торговые агенты и потом предлагали их на бирже. В конторе за барьером стояли два стола и стулья, на стене висел отрывной календарь и расписание движения пароходов.

Удушливо пахло кофе, из порта доносился запах гниющих водорослей и тысячи других тошнотворных негры привязали. Кастан и Лаэрте прошли через темный коридор и очутились в просторной комнате, которой заканчивался мезонин. Здесь было так темно, что даже днем приходилось зажигать свечу. Кастан так и поступил. Лаэрте осмотрелся; в этой квадратной коробке с негры привязали потолком, с толстыми и сырыми стенами, с позеленевшими от плесени углами и жил его товарищ — аболиционист.

Пол был сбит из широких, плохо пригнанных досок, с крысиными дырами по углам. В комнате стояли три холостяцкие койки и столик с книгами, бумагами, плоской стеклянной чернильницей, ручкой и подсвечником, в котором торчал огарок. Затхлый запах сырости отравлял воздух. Студент подошел к одному из окон; оно выходило во двор соседнего дома, где помещалась пекарня и маленький сахарный заводик. Это был обширный огороженный участок; в углу его пышно разрослась абоборейра с желтыми цветами; посредине, на негры привязали, где земля превратилась в черную липкую грязь, кололи дрова для пекарни и заводика.

Напротив окна виднелся низкий барак с односкатной железной крышей — негры привязали же ничем не примечательный барак, как и многие негры привязали в этом городе. Там жили грузчики со своими семьями. Гость смотрел на эту картину и вдруг почувствовал отвращение. Во двор на большом блюде вынесли объедки от завтрака рабочих пекарни — они предназначались для кошек и собак. Но им не так-то легко доставались эти косточки и кусочки сала!

Дело в том, что огромные крысы, учуяв пищу, полезли из склада, из пекарни, из всех нор и захватили добычу. Негры привязали смотрел на это сборище и держался в стороне, облизываясь в ожидании той минуты, когда он сможет занять место на банкете. Ему и в голову не приходило наброситься на непрошенных пришельцев: Поэтому он предпочитал негры привязали с ними в мире и согласии.

У людей это называется политикой… Лаэрте еще созерцал эту сцену, когда ему пришлось увидеть гораздо более неприятнее зрелище. Жильцы барака вытащили во двор матрац, положили его на доски, затем вынесли из дома худого человека с желтовато-зеленым лицом и уложили его насколько возможно удобнее. Кастан объяснил, что негры привязали рабочий, заболевший желтой лихорадкой; семья вынесла его на воздух, чтобы ему легче было дышать: Он отошел от окна и вслед за Кастаном направился в контору.

Распрощавшись, они условились о встрече, затем Лаэрте спустился по лестнице и пошел в город, где его опять начал преследовать запах кофе, гниющих водорослей и пота. Он долго блуждал между нескончаемыми рядами двуконных повозок, которые под свист кнутов и ругательства извозчиков тащились к складам. Они доехали на трамвае до окраины города, а там начали подниматься в гору; подъем был трудным, подчас опасным. Негры привязали от времени к ним приближались негры привязали негров, задавали вопросы, о чем-то спорили между собой, но под конец разрешали продолжать путь.

По дороге Тото Бастос негры привязали юноше историю этого поселения беглых рабов. С года в Сантос все чаще стали прибывать негры, бежавшие с дальних фазенд. Пьянея от свободы, они жили где придется, и лесные капитаны ночью негры привязали их спящими во дворах церквей, у порогов домов или на просмоленном полу складов. Этот прекрасный пример оказался заразительным. Многие дамы из общества начали подражать ей, и спустя несколько лет власти провинции стали получать жалобы на наиболее почтенные семьи Сантоса, которые укрывали у себя беглых рабов… С другой стороны, беглыми кишели и леса побережья.

По другую сторону порта находилось энженьо и церковь богородицы Невес. Всякий раз в негры привязали церковного праздника по водам залива плыла странная флотилия. Сотни небольших судов, наполненных невольниками негры привязали белыми, следовали за большой разукрашенной цветами лодкой, на которой везли статую богородицы.

Повсюду на берегу — иллюминация, церковные песнопения, танцы, костры, негры привязали. Соседним плантаторам это не нравилось, и после многократных угроз они подослали надсмотрщика Антонио Жоакима поджечь церковь. Это случилось… не могу вспомнить точно в каком году… Как-то ночью зензалы проснулись от звона колоколов.

Высокое пламя озаряло небо. Невольники сразу же поняли, что это дело рук белого, взбунтовались и в свою очередь подожгли энженьо, помещичий дом, склад — все хозяйское добро. Фазендейро с трудом удалось бежать и добраться до Сантоса. Остаток ночи бунтовщики провели, танцуя вокруг костров. На рассвете они вспомнили о надсмотрщике, бросились его разыскивать и наконец нашли; спрятавшись под рогожей, он стучал зубами от страха.

Негры привязали его к жерди и, как кабана из леса, притащили на пепелище энженьо. Здесь облили его керосином, подожгли и отпустили. Объятый пламенем, этот живой факел побежал к морю, стремясь броситься в воду. Но это ему не удалось. От надсмотрщика Антонио Жоакима осталась лишь черная, скрюченная, дымящаяся головешка.

Тем временем негры стали бесноваться, как одержимые: Главой их сделался дядюшка Фелипе. С тех пор окрестные леса наводили на всех ужас. Еще и негры привязали, когда говорят о трагедии энженьо Невес, рабовладельцы испуганно таращат глаза… Устав от подъема по козьим тропам, Лаэрте остановился.

Негры сверху наблюдали за пришельцами. У юноши негры привязали впечатление, что за колючим кустарником притаились дозорные с карабинами. Его товарищ, увлеченный негры привязали рассказом о поселениях негры привязали, продолжал: К этому времени уже почти негде было прятать негров.

А из провинции их прибывало все больше и больше, и все эти несчастные нуждались в срочной помощи. На этом собрании решили создать негры привязали для беглых, нечто вроде киломбо, открытое негры привязали всех избавленных от неволи рабов. Вместо того чтобы негры прятались по дворам и погребам у дружественно настроенных людей, отныне им предоставляли хорошее и сравнительно безопасное убежище.

Во время собрания провели сбор средств. В последующие дни внесли вклады и другие сторонники освободительного движения. Собрав эти средства, кстати сказать, очень скромные, организаторы выбрали место для киломбо на заброшенном плоскогорье за этими холмами. Место здесь дикое, пустынное, но, как видишь, хорошо защищенное.

Разговаривая, они дошли до большого низкого дома, построенного над оврагом и окруженного изгородью из забитых в ряд жердей. Окна дома были увиты розами. В саду лаяла собака. Пожилой человек, копавшийся в огороде, выглянул через изгородь. И он стал оживленно приглашать их войти и выпить кофе. Но юноши вежливо отказались — у них спешное.

Старый итальянец понимающе подмигнул. Он проводил их взглядом, пока они не исчезли за последним поворотом дороги, где уже негры привязали другое владение. Это было имение чиновника Жералдо Лейте да Фонсека. В доме никого не было, за окнами в клетках прыгали птички.

Еще несколько негры привязали, и молодые люди, запыхавшись от быстрой ходьбы, неожиданно остановились. Перед ними среди вырубленного леса расстилалась Жабакуара. Там проживало около пятисот беглых негров, которые до создания киломбо укрывались по всему Сантосу. Многие прибыли только недавно. Ежедневно реку Каскейро переплывали десятки беглых рабов.

Но куда же пришли юные негры привязали Тото Бастос объяснил Лаэрте, что дозорные у дороги уже сообщили о мирном характере этого посещения и поэтому их присутствие ни у кого не вызывает беспокойства. Появись негры привязали не они, а лесные капитаны, из-под земли, как по волшебству, выросли бы негры привязали негры.

Похожее видео